АВТОРСКАЯ РЕЦЕНЗИЯ ⟩ Михаил Дурненков о постановке его пьесы в Театре Сюдалинна: кукольные герои оживают прямо перед смертью
Герои движутся от кукольной условности к настоящей жизни.
Не бывает двух одинаковых постановок одной пьесы.
Пьеса, которую пишет драматург, - это никогда не слова, а то, что прячется за ними.
9 января в Театре Сюдалинна состоялась премьера новой пьесы Михаила Дурненков «Дива», которую автор - вместе с таллиннской публикой - впервые увидел на сцене на русском языке. Театр попросил автора пьесы поделиться впечатлениями о ее постановке в эстонской столице.
Михаил Дурненков - один из самых известных и признанных современных русскоязычных драматургов, чьи пьесы неоднократно ставились в театрах Эстонии. Мировая премьера «Дивы» состоялась в марте 2025 в театре Клокрикке в Хельсинки на шведском языке.
Пьеса «Дива» изначально - это заказ шведоязычного театра Клоккрике, который базируется в Хельсинки. Это театр-кочевник, у него нет своей сцены, и ограниченность ресурсов диктует им способ театрального производства. Изначально заказ звучал так: «пьеса с поворотами для двух актеров на пустой сцене».
Конечно, удержаться в рамках задания в Театре Сюдалинна нам абсолютно полностью не удалось, поэтому у таллиннского спектакля, который вышел в январе 2025 года, прекрасная сценография, а у артистов замечательные костюмы. Но в остальном пьеса соответствует исходному заданию. «Дива» - это пьеса для двух актеров с элементами психологической драмы, детектива и истории любви.
Специфическая просьба
Возможно, читателям будет интересно узнать о специфической просьбе режиссера - чтобы пьеса была написана не на бытовом, а литературном языке. Эта просьба исходит из традиций шведоязычного театра в Финляндии, который специализируется в основном на постановках поэтических текстов, в отличие от финноязычных театров, где язык максимально прост.
Это сподвигло меня придумать моим героям специальности, в которых они профессионально владеют литературным слогом. Так мои герои, Линда и Томас, стали актрисой и журналистом, а сама пьеса неуловимо стала напоминать тексты Бергмана - не качественно, а именно стилистически.
Соответственно, в Таллинн я прибыл, обуреваемый любопытством. Мне было интересно, каким режиссер и актеры увидят решение этого текста, как он будет звучать на русском языке, как они придумают, почему актеры - шведы (в тексте много специфических отсылок на шведоязычную культуру), и так далее. Попробую, без спойлеров, рассказать о своих впечатлениях.
Три слоя
Спектакль театра Сюдалинна - это многослойное произведение, которое выстроено на трех уровнях. Первый - живые люди: негромкие голоса, блестящие глаза, документальная точность существования. Второй - гротеск: мятущиеся, орущие актеры. Третий - откровенная условность: персонажа играет настоящая кукла.
Эти слои мастерски смиксованы между собой для того, чтобы рассказать многолетнюю историю любви и одержимости. Внимание зрителя может свободно порхать между слоями, успевать за взглядами, которыми вдруг обмениваются люди, актеры и куклы, когда все вдруг сходится в одной точке.
И здесь происходит чудо, возможное только в театре: герои движутся от кукольной условности к настоящей жизни - и, как это бывает в реальности, успевают по-настоящему ожить только лишь перед смертью.
После пьесы меня много спрашивали, как я отношусь к решению использования куклы, и вообще, есть ли рамки принятия драматургом интерпретации его пьесы. Есть ли границы, за которые нельзя, по мнению драматурга, выходить?
Интерпретация - это суть театра
Я отвечу просто - в набор качеств и умений драматурга входит понимание природы театра. Не бывает двух одинаковых постановок одной пьесы, как не бывает двух одинаковых актеров, играющих одну и ту же роль. Интерпретация - это суть театра, вшитая в его природу. Иначе нам было бы достаточно одного «Гамлета», поставленного самим Шекспиром много веков назад.
Поэтому, если вы хотите, чтобы «было поставлено в точности как написано», - вам не надо в драматурги. Или надо самому ставить свои пьесы, что, кстати, многие драматурги и делают.
Не хочется обобщать, но замечу при этом, что такие постановки часто проигрывают тем, которые ставят другие режиссеры, не авторы пьесы. Творчество - это свобода, и свобода в том числе от ограничений, накладываемых текстом.
Чему я искренне огорчаюсь, так это когда я вижу, что актеры и режиссер не затратили труда для того, чтобы увидеть и реализовать смыслы пьесы, не раскрыли пьесу до конца, не поняли и выплеснули вместе с водой ребенка смыслов. Впрочем, это всегда палка о двух концах, и труппа всегда может обвинить автора, что это он написал так, что эти смыслы не были поняты.
Мне показалось, что этого нельзя сказать о спектакле, который я увидел в Таллинне. Выборы других прочтений, нежели те, что были у меня в тексте, были сделаны труппой сознательно, и в результате в спектакле «Дива» Театра Сюдалинна - другой финал, чем тот, что я придумал для театра Клоккрике. Какой? Увидите, когда придете на спектакль.
Прекрасная находка
А еще в таллиннском спектакле есть еще одна находка - в нем играет кукла. Кукла - это театральный инструмент. Есть ли у куклы психология? Нет, конечно же. Кукла - это маска, а маска, в отличие от живого человека, не меняется. Но может ли кукла сыграть любовь? Изобразить тончайшие переживания человеческой природы?
Да, и еще раз да, и мы, театральные зрители, много раз имели возможность в этом убедиться. За это мы и любим театр - за его способность дать прикоснуться к невыразимому, дать почувствовать то, для чего не созданы даже слова. И пьеса, которую пишет драматург, - это никогда не слова, а то, что прячется за ними, то, что выражает сущность невообразимо сложного существа - человека.
И за этим стоит идти в театр.
В спектакле «Дива» в Театре Сюдалинна заняты ведущие актеры театра - Татьяна Космынина и Александр Жиленко. Режиссер - Дмитрий Петренко, художники - Инга Силиня и Даниил Зандберг, художник по свету Антон Андреюк, музыкальное оформление - Михаил Маневич.